Айша Мукашева,
руководитель Отдела европейских и американских исследований
КИСИ при Президенте РК
Когда я училась на международных отношениях, моё студенчество пришлось на начало 2000-х. Это было время, когда глобализация набирала обороты. Мир становился «меньше», а нарратив мира и добрососедства воспринимался как фоновая норма международной системы. Честно говоря, тогда я не до конца понимала реальное значение механизмов безопасности, которые поэтапно формировались на евразийском пространстве, в частности, Шанхайской организации сотрудничества (с «Шанхайской пятёрки» 1996 года) и Совещания по взаимодействию и мерам доверия в Азии (инициированного Казахстаном на Генеральной Ассамблее ООН в 1992 году). В моём студенческом восприятии они выглядели скорее продолжением дипломатического этикета, чем инструментом безопасности.
Спустя двадцать лет вопрос стоит иначе: не «есть ли от них польза», а «сможем ли».
VII саммит СВМДА завершился в Баку принятием Бакинской декларации. Сам охват документа уже сигнализирует о многом. Экономические связи, транспорт, энергетика, цифровая взаимосвязанность, управление рисками искусственного интеллекта, — всё это включено в повестку безопасности. Безопасность давно перестала сводиться к военному измерению.
В выступлении Президента Токаева есть одно наблюдение, которое заслуживает внимания. Он отметил: основы международной архитектуры безопасности постепенно размываются, и вызывает тревогу то, что сила начинает превалировать над правом. Это не пустая риторика. Данные Уппсальского проекта по конфликтам (UCDP) показывают, что в 2025 году число межгосударственных конфликтов в мире стало максимальным с 1946 года. Только за последний год в вооружённых конфликтах погибло более 37 тысяч мирных жителей, а глобальное число вынужденно перемещённых лиц по-прежнему составляет 117 миллионов человек.
На этом фоне институциональная трансформация СВМДА, т.е. превращение форума в полноценную международную организацию, приобретает конкретный смысл. Процесс был запущен ещё на Астанинском саммите 2022 года. В Баку Глава государства подтвердил ожидание Устава СВМДА как «дорожной карты». Более предметное предложение – создать механизм превентивной дипломатии. По его словам, предотвращение конфликтов по своей природе и по затратам предпочтительнее управления уже разразившимся кризисом.
С учётом собственных масштабов СВМДА эта трансформация не является маргинальной темой. Государства-участники охватывают около 90% территории Азии и представляют более половины населения планеты. Это платформа с реальной физической базой. Если Устав будет принят, а превентивный механизм заработает, он как минимум обеспечит 28 государствам-членам структурированный канал для диалога. До того, как разногласия перерастут в эскалацию.
Будет некорректно чрезмерно акцентировать роль какой-либо одной стороны. Но способность механизма выжить и обрести реальную обязывающую силу в конечном счёте зависит от того, готовы ли государства-члены делегировать часть суверенитета в пользу правил. СВМДА стоит на этом пороге. Когда логика силы возвращается, само существование правил и площадок для диалога становится дефицитным ресурсом.
