Почему обществу нужен голос науки?
Айгуль Забирова,
главный научный сотрудник
КИСИ при Президенте РК
Вечер. Работает телевизор. В новостях мелькают министры, депутаты, экономисты, спортсмены, блогеры. Потом реклама. Мам, а кто такой учёный? Мать на секунду замолчала. Показать ребенку портрет из школьного учебника? Но человек на той фотографии жил сто лет назад, и он не из Казахстана. Назвать известного в мире физика или биолога? Но ребёнок спрашивал не об истории науки. Он спрашивал о человеке, который живёт сегодня. Как его зовут? Чем он занимается? Почему о нём почти не говорят? И вдруг оказывается, что ответить не так просто.
Тот же вопрос вы можете задать уже не ребёнку, а взрослым. Ответы оказались бы не менее странными. Учитель назовёт классика из программы. Толковый студент объяснит, что такое рецензирование, и замолчит, когда вы попросите его назвать троих живых учёных из нашей же страны. Сосед ответит быстрее всех, он же слышал, что науке теперь дают деньги и немалые. Заметьте, что произошло. Ребёнок спрашивал про человека. А взрослые, давая ответ, говорили про умерших, про порядок защиты и про финансирование. Живого учёного нет ни в одном ответе.
Деньги у науки есть. Голоса нет. Содержать науку и слышать её – это не одно и то же. Можно построить лабораторию, открыть университет, выдать гранты. Всё это необходимо. Но можно ни разу не встретиться с теми, кто там работает. Для большинства людей наука так и останется строчкой бюджета. Ребёнок ведь не спрашивал, сколько на неё выделили. Он спрашивал, кто такой учёный?
О науке у нас говорят все. Сама она почти не говорит. О ней отчитываются, её финансируют, её обсуждают чиновники и журналисты. Но это всё разговоры о науке чужими словами. Самого учёного в этом потоке почти не слышно. А ребёнок спросил именно про него.
Выслушаем скептика, который скажет, что конференции для ученых давно потеряли смысл. Зачем нам дорогие залы, перелёты и гостиницы, если есть онлайн? Если цель в том, чтобы сделать науку ближе к людям, конференция выглядит сомнительным инструментом. В зале сидят такие же учёные. Они говорят друг с другом. Посторонних там почти нет.
И всё же скептик ошибается. Он судит о конференции так, будто её задача сразу донести научное знание до общества. Но у конференции другая работа. Любая научная идея рождается в одиночку. Но наукой она становится только после встречи с равными. Когда ей возражают, замечают слабое место и заставляют искать более точный ответ. Наука вообще развивается не из согласия, а из спора. Именно для этого и существуют конференции. Научная мысль не выходит к людям прямо из лаборатории. Сначала она проходит через своих. И только потом становится знанием, которому можно доверять.
И это не только о нас. Как вы думаете, где науке доверяют больше всего? Ответ оказывается неожиданным. По данным крупнейшего международного исследования, в первую пятёрку стран по уровню доверия к науке вошли Египет, Индия, Нигерия, Кения и Австралия[i]. Авторы проверили такие самые очевидные объяснения, как уровень благосостояния, расходы на образование, научная грамотность и академическая свобода. Ни одно из них не объяснило, почему в одних странах доверие к науке выше, чем в других. Значит, дело не только в деньгах, образовании или масштабе научной системы. Доверие появляется там, где люди встречаются с наукой в своей собственной жизни. Где понимают, зачем она нужна и что делает для них.
Чего же людям не хватает? Открытости. Это же международное исследование показало, что люди оценивают ниже всего именно готовность ученых объяснять свою работу и быть открытыми для общества. Так, 83% опрошенных считают, что ученые должны больше говорить с обществом о науке. Что это значит? Люди ждут, чтобы наука заговорила с ними.
Пандемия стала моментом, когда во многих странах мира наука оказалась в центре общественного внимания, а доверие к ученым в целом выросло. Но наш регион оказался исключением. По данным Wellcome Global Monitor[ii], в регионе «Россия – Кавказ – Центральная Азия» роста внимания к науке практически не произошло, а доверие к ученым своей страны даже снизилось. Пока в других странах люди наблюдали науку в действии, у нас ее голос звучал значительно тише. А общественное пространство пустым не бывает. Если его не заполняет научное знание, его заполняют другие объяснения. Иногда точные. Иногда нет. Но почти всегда более громкие и более уверенные.
В моём же детстве у вопроса про учёного был ответ. Учёный это тот, кто что-то нашёл. Кто лечит, кто считает звёзды, кто знает, как устроен мир. Ответ был у каждого ребёнка, его не надо было искать. Он просто звучал вокруг. Сейчас ответа нет. Не потому, что учёные перевелись. Они есть, они работают и они находят. А потому, что место, где этот ответ звучал, опустело. Канал занят другим голосом. И ребёнок, который сегодня спрашивает, кто такой учёный, вырастет на том ответе, который получит. Если единственный доступный ответ это «науке дают деньги», он усвоит, что наука это про деньги. Так доверие не наследуется.
24 июня был подписан новый Закон о науке, который создает новые условия для развития казахстанской науки[iii]. Наукограды, современные исследовательские центры, расширение прав и социальных гарантий ученых, более тесная связь исследований с производством как важные шаги для развития научной системы. Но у доверия другая природа. Доверие невозможно принять вместе с законом или включить в государственную программу. Оно возникает тогда, когда общество знает своих ученых, слышит их и хорошо понимает, зачем они нужны.
Вечер. Снова работает телевизор. И снова ребёнок спрашивает: мам, а кто такой учёный? Ответ появляется тогда, когда у науки есть собственный голос. Когда учитель возвращается с конференции не с сертификатом, а с новой мыслью. Когда журналист рассказывает не о размере гранта, а об открытии. Когда сосед говорит не «науке опять дали деньги», а «представляешь, наши учёные нашли…». Вот почему обществу нужен голос науки. Потому что однажды он становится ответом на самый простой детский вопрос. А пока наука доходит до экрана одной цифрой, матери действительно нечего ответить. Не потому, что учёных нет. А потому, что их почти не слышно.
[i] Cologna et al. (2025). ‘Trust in scientists and their role in society across 68 countries.’ Nature Human Behaviour.
[ii] https://wellcome.org/reports/wellcome-global-monitor-covid-19/2020
[iii] https://www.akorda.kz/ru/glavoy-gosudarstva-podpisan-zakon-respubliki-kazahstan-po-voprosam-nauki-naukoemkih-territoriy-socialnogo-obespecheniya-obrazovaniya-zdravoohraneniya-i-voinskoy-sluzhby-245557
